ГлавнаяРегистрацияВход ...
Понедельник, 22.10.2018, 09:07
Форма входа
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Форум » Законодательство на рынке недвижимости » Судебная практика: сделка недействительна
Судебная практика: сделка недействительна
ЛидерКредоДата: Среда, 11.01.2012, 15:04 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 53
Статус: Offline
МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 июня 2010 г. по делу N 33-18622

Судья: Балашов Д.Н.

24 июня 2010 г. Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Журавлевой Т.Г.
Судей Салтыковой Л.В., Грибовой Е.Н., при секретаре К.В.
Заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Грибовой Е.Н.
Дело по кассационной жалобе представителя Т.К. на решение Люблинского районного суда г. Москвы от 25 марта 2010 г., которым постановлено: В удовлетворении иска Т. к Я. о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения, признании недействительным свидетельства о праве собственности на квартиру, включении квартиры в наследственную массу, признании права собственности на квартиру в порядке наследования по закону - отказать.
Взыскать с Т. в пользу Государственного учреждения Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации расходы по проведению экспертизы.

установила:

Т. обратился в суд с исковым заявлением к Я., в котором просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный между Т.Н. и Я., признать за ним право собственности на указанную квартиру.
В своем исковом заявлении Т. указал, что он и жена Т.Н. являлись людьми больными, она состояла на учете в ПНД с 2000 г., неоднократно госпитализировалась в Городскую психиатрическую больницу N 13, в эту больницу госпитализировался и он в 2004 г., племянница жены Я. неоднократно просила зарегистрировать ее в спорной квартире, чтобы после их смерти стать хозяйкой квартиры. Истец с женой не соглашались, тогда Я. пояснила, что возьмет над ними опекунство, для чего им надо подписать ряд документов. После выписки Т. из больницы она повезла их с женой в какую-то организацию, где они поставили свои подписи под документами. В 2005 г. супругам Т. и Т.Н. стали высылать квитанции по оплате коммунальных платежей, в которых собственником была обозначена Я. Потребовав объяснения от Я., они получили копию договора купли-продажи квартиры. Ни он, ни жена никогда не собирались продавать единственную квартиру, никогда не получали от Я. никакой денежной суммы. Также Т. полагает, что право собственности на квартиру не могло быть оформлено на его жену Т.Н., так как он являлся членом ЖСК и именно он оплачивал паевые взносы за квартиру; что подписывая договор купли-продажи спорной квартиры Т.Н. не могла понимать значения своих действий, так как была психически больным человеком; у нее на фоне психического заболевания не действовала правая рука; в любом случае при заключении договора были нарушены его права на супружеское имущество. Также сослался на ст. 178 ГК РФ.
Впоследствии Т. уточнил свои исковые требования (л.д. 244 - 245) и просил признать недействительным указанный договор купли-продажи квартиры, признать недействительным свидетельство о праве собственности на квартиру, включить квартиру в наследственную массу, признать за ним право собственности на квартиру в порядке наследования по закону.
Истец и его представитель Г. в судебное заседание явились, поддержали заявленные исковые требования, пояснив, что считают договор купли-продажи квартиры, заключенный между Т.Н. и Я., недействительным по следующим основаниям: право собственности на квартиру не могло быть оформлено на супругу истца Т.Н., так как он являлся членом ЖСК и именно он оплачивал паевые взносы за квартиру; подписывая договор купли-продажи квартиры Т.Н. не могла понимать значения своих действий, так как была психически больным человеком; на фоне психического заболевания у Т.Н. совершенно не действовала правая рука; в любом случае при заключении договора были нарушены права истца на супружеское имущество; подписывая какие-либо документы, касающиеся квартиры, Т. вполне мог не понимать суть этих действий, так как в силу состояния здоровья многое не понимает; договор купли-продажи квартиры совершен под влиянием заблуждения; договор купли-продажи квартиры совершен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств.
Ответчик Я. в судебное заседание не явилась, извещена, ее представители Я.П. и адвокат Казновский Д.Н. в судебном заседании иск не признали, представили возражения, пояснив, что оформление квартиры на имя Т.Н. не нарушает прав истца на супружеское имущество, истцом дано нотариально удостоверенное согласие на заключение спорного договора купли-продажи квартиры, договор купли-продажи подписан самой Т.Н., истцом не представлено доказательств совершения подписи на спорном договоре купли-продажи квартиры иным лицом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие у него психического заболевания, лишающего его способности понимать значение своих действий или руководить ими, истцом не доказано наличие оснований для признания договора недействительным, предусмотренных ст. ст. 178, 179 ГК РФ, истцом не доказан факт принятия наследства в установленные законом сроки, что лишает его права на оспаривание договора купли-продажи квартиры по основаниям ст. 177 ГК РФ; заявили о пропуске Т. сроков исковой давности по всем предъявленным требованиям.
Представитель третьего лица - Управления Федеральной регистрационной службы по Москве в судебное заседание не явился, представил в суд ходатайство с просьбой о рассмотрении дела без его участия и направлении копии решения суда (л.д. 55, 56).
Представитель третьего лица - ЖСК "Валдай" в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.
Судом постановлено указанное выше решение, об отмене которого, как незаконного, в своей жалобе просит представитель Т.К. по доводам кассационной жалобы.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения Т., его представителя К., представителя Я. адвоката Казновского Д.М., представителя ЖСК "Валдай" Р., обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что не имеется оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.
Как установлено судом, Т. состоял в зарегистрированном браке с Т.Н. (л.д. 15).
В период брака Т.Н. в ЖСК "Валдай" приобретена в собственность квартира, пай за которую выплачен полностью (л.д. 65, 66). Право собственности Т.Н. на квартиру зарегистрировано в ЕГРП (л.д. 65).
Между Т.Н. и ответчицей Я. заключен договор купли-продажи указанной квартиры, на основании которого право собственности на квартиру зарегистрировано за Я. (л.д. 7, 8, 58, 61).
При этом истцом Т. на заключение указанного договора дано согласие, удостоверенное нотариусом города Москвы С. (л.д. 63).
Т.Н. и Я. подписан акт передачи квартиры (л.д. 98).
Т.Н. обратилась в Люблинский районный суд г. Москвы с исковым заявлением о признании вышеуказанного договора купли-продажи спорной квартиры недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, указав в нем, что на момент заключения договора она не понимала происходящего и не могла управлять своими поступками, неоднократно находилась на лечении в психиатрической больнице N 13 (л.д. 158 - 159).
При этом Т. представлял в суде интересы своей супруги Т.Н. по вышеуказанному иску на основании доверенности, удостоверенной 06.09.2005 г. нотариусом города Москвы Ф. (л.д. 174, 175, 176).
Определением Люблинского районного суда г. Москвы от 10.10.2005 г. производство по делу по иску Т.Н. к Я. о признании договора купли-продажи спорной квартиры недействительным прекращено ввиду отказа истца от иска (л.д. 9).
17.10.2007 г. Т.Н. умерла (л.д. 16).
Т. с заявлением о принятии наследства после смерти Т.Н. в установленный законом шестимесячный срок к нотариусу не обращался, о чем указал в своем исковом заявлении (л.д. 5).
По ходатайству истца определением суда от 26.02.2009 г. по делу была назначена судебно-почерковедческая экспертиза подписей и фрагментов почерка в спорном договоре купли-продажи квартиры и акте передачи квартиры, производство которой поручено Российскому федеральному центру судебной экспертизы при Минюсте РФ (л.д. 205).
По результатам проведенного исследования эксперт пришел к выводам, что рукописные записи "Т.Н.", расположенные на первых строках: после слова "Подписи сторон" под текстом договора купли-продажи квартиры заключенного между Я. и Т.Н., и запись "Т.Н.", расположенная после слова "Подписи" под текстом акта передачи имущества (передаточного акта) выполнены одним лицом - Т.Н. под влиянием "сбивающих" факторов, обусловленных возрастными изменениями, сопутствующими заболеваниями (деменция болезни Альцгеймера), которые носили постоянный характер в последние годы жизни Т.Н. Подписи от имени Т.Н., расположенные после вышеперечисленных записей в договоре купли-продажи квартиры и передаточном акте выполнены также под влиянием "сбивающих" факторов постоянного характера. Установить, кем, самой Т.Н. или другим лицом, выполнены эти подписи, не представилось возможным в силу краткости исследуемых подписей, обусловивших малый объем графического материала, содержащегося в этих подписях (л.д. 208 - 214).
Оценив в совокупности имеющиеся доказательства, учитывая, что довод ответчицы о подписании договора купли-продажи и акта передачи квартиры со стороны продавца лично Т.Н. заключением эксперта и иными доказательствами не опровергнут, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора купли-продажи квартиры недействительным ввиду того, что он не был подписан лично продавцом.
Довод истца о том, что подпись в договоре купли-продажи от имени продавца сделала сама ответчица, водя рукой беспомощного продавца, в ходе судебного разбирательства подтверждения не нашел.
Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение данной сделки.
Суд пришел к выводу о пропуске истцом, предусмотренного ч. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срока исковой давности.
Суд указал, что исполнение договора купли-продажи квартиры началось подачей документов для государственной регистрации договора и перехода права собственности на квартиру в уполномоченный орган (л.д. 59) и завершилось уплатой цены квартиры и подписанием сторонами акта передачи квартиры (л.д. 98).
Трехлетний срок исковой давности, исчисляемый с 07.04.2004 г., истек 07.04.2007 г.
Иск предъявлен за пределами приведенного срока. О восстановлении срока исковой давности Т. не заявлял.
Суд также пришел к выводу о том, что исходя из смысла п. 2 ст. 34 СК РФ оформление спорной квартиры, приобретенной супругами Т.Н. и Т. в период брака, на имя Т.Н. права истца не нарушает, в связи с чем само по себе не влечет недействительности договора купли-продажи квартиры от 07.04.2004 г.
Суд также указал, что справка ЖСК "Валдай" о выплате пая истцом (л.д. 13) не подтверждена другими доказательствами по делу.
При таких обстоятельствах, суд обоснованно отказал в удовлетворении требований истца о признании недействительным договора купли-продажи квартиры ввиду того, что, по его мнению, право собственности на квартиру не могло быть оформлено на Т.Н., так как он являлся членом ЖСК и именно он оплачивал паевые взносы за квартиру.
Т. в день заключения договора купли-продажи квартиры, дал своей супруге Т.Н. нотариально удостоверенное согласие на отчуждение спорной квартиры в любой форме, на условиях и за цену по ее усмотрению (л.д. 63).
В связи с изложенным суд пришел к выводу, что договором купли-продажи квартиры, заключенным между Т.Н. и Я., право истца на супружеское имущество не нарушено и оснований для признания его недействительным по данным основаниям не имеется.
Суд также посчитал обоснованным заявление ответчицы Я. о пропуске истцом срока исковой давности по данному требованию.
Суд указал, что истец Т. узнал о заключении спорного договора купли-продажи квартиры, поскольку в этот день дал согласие на совершение сделки.
Следовательно, срок исковой давности по этому требованию подлежит исчислению с 07.04.2004 г. и истек 07.04.2005 г.
Исковое заявление Т. поступило в суд с пропуском годичного срока, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. О восстановлении пропущенного срока давности Т. не ходатайствовал.
Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что доказательств, свидетельствующих о том, что договор купли-продажи квартиры был заключен Т.Н. под влиянием заблуждения, под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств, суду не представлено.
Суд также учел, что согласно ст. 178 ГК РФ сделка может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Однако Т.Н. при жизни с иском о признании спорной сделки недействительной не обращалась (л.д. 158 - 159).
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что Т.Н. находилась на диспансерном наблюдении в ПНД N 11 с диагнозом "Деменция при болезни Альцгеймера" и периодически лечилась в ПБ N 13 (л.д. 28, 29).
Определением суда от 13.08.2009 г. по ходатайству истца была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ФГУ "Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского" (л.д. 225).
По итогам экспертизы комиссия экспертов в заключении пришла к выводам, что Т.Н. в интересующий суд период - на момент заключения договора купли-продажи и подписания акта приема-передачи квартиры - страдала деменцией (слабоумие) при болезни Альцгеймера с поздним началом, о чем свидетельствуют данные анамнеза, содержащиеся в медицинской документации, о развитии у нее с начала 2000-х гг. на фоне сосудистого заболевания головного мозга (церебральный атеросклероз) характерных для деменции атрофического генеза прогрессирующего снижения когнитивных функций с грубыми нарушениями памяти, значительным снижением интеллектуальных способностей с непродуктивностью, непоследовательностью мышления, с утратой гнозиса, навыков праксиса, неадекватным поведением, эмоционально-волевых изменений (оскуднение, неадекватность, насильственность эмоциональных проявлений), нарушение критических, прогностических способностей, социальной адаптации и навыков самообслуживания, что обусловило необходимость наблюдения и лечения Т.Н. у врачей-психиатров. Указанное психическое расстройство (слабоумие) лишало Т.Н. способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора купли-продажи и подписания акта приема-передачи квартиры (л.д. 229 - 233).
Суд пришел к выводу о том, что на момент заключения спорного договора купли-продажи квартиры Т.Н. по состоянию здоровья не отдавала отчет своим действиям и не могла ими руководить, что в соответствии со ст. 177 ГК РФ является основанием для признания такого договора недействительным.
Между тем, судом установлено, что истец пропустил срок исковой давности для обращения в суд с требованиями в соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса РФ, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении иска.
Суд указал, что Т.Н., несмотря на наличие у нее психического заболевания, узнала о наличии обстоятельств для признания договора купли-продажи недействительным, поскольку именно в этот день она обратилась в Люблинский районный суд г. Москвы с собственноручно подписанным исковым заявлением о признании договора купли-продажи квартиры, заключенного ею с Я., недействительным по причине того, что на момент его заключения не понимала происходящего и не могла управлять своими поступками, неоднократно находилась на лечении в психиатрической больнице N 13 (л.д. 158, 159).
В связи с тем, что Т. участвовал в указанном деле в качестве третьего лица и представителя Т.Н. по нотариально удостоверенной доверенности (л.д. 174), знакомился с материалами дела (л.д. 175), подал в суд и поддержал в судебном заседании от имени Т.Н., ходатайство об отказе от иска к Я. о признании договора купли-продажи квартиры недействительным (л.д. 176), суд пришел к выводу, что Т. на день прекращения производства по делу, знал о совершенной сделке и обстоятельствах, являющихся основанием для признания ее недействительной.
Годичный срок исковой давности истцом пропущен, так как в суд он обратился лишь в 2008 г. О восстановлении срока истец не просил.
Суд также указал, что у Т. отсутствовало право на обращение в суд с иском о признании сделки недействительной в соответствии с положениями ст. 177 Гражданского кодекса РФ.
Суд исходил из того, что Т. с заявлением о принятии наследства в установленный законом срок к нотариусу не обратился.
Спорная квартира на день смерти не принадлежала наследодателю.
Поэтому фактическое проживание истца в спорном жилом помещении, оплата коммунальных платежей, произведенный истцом в квартире ремонт не свидетельствуют о фактическом принятии истцом наследства.
Истцом не представлено суду доказательств принадлежности Т.Н. какого-либо имущества, в отношении которого им совершены действия, подтверждающие фактическое принятие наследства.
Выводы суда первой инстанции мотивированы, соответствуют собранным по делу доказательствам, и оснований для признания их неправильными не установлено.
Кассатором исковых требований о признании недействительной справки, выданной ЖСК "Валдай" Т.Н. о выплате пая, не заявлялось.
Кроме того, оформления квартиры на одного из супругов не лишало истца права совместной собственности на данное имущество, которым он фактически распорядился, выдав и нотариально удостоверив согласие на совершение Т.Н. оспариваемой сделки.
В соответствии с п. 2 ст. 163 Гражданского кодекса РФ установлено, что нотариальное удостоверение сделок обязательно только в случаях, указанных в законе или предусмотренных соглашением сторон.
Действовавшее на момент совершения оспариваемой сделки законодательство не предусматривало обязательного нотариального удостоверения сделок купли-продажи квартир.
Неисполнение условий договора в части оплаты денежных средств, не может являться основанием для его недействительности.
Поэтому ссылки кассатора на то, что хотя Т.Н. подписала передаточный акт, подтвердив своей подписью факт получения денежных средств, фактически денежных средств истец и Т.Н., указанных в договоре, не получали, не влияет на существо постановленного решения.
Доводы жалобы не опровергают выводы суда о пропуске истцом срока исковой давности, что послужило самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности судебной коллегии также не представлено.
Обсуждая доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не может с ними согласиться и принять во внимание, поскольку эти доводы не содержат никаких доказательств, которые не были учтены судом и могли бы повлиять на принятое решение, и по сути направлены на иную переоценку доказательств и иное толкование закона.
Разрешая спор, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства. Установленные судом обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку. Выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам. Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 360, 361 ГПК РФ, судебная коллегия,


определила:


Решение Люблинского районного суда г. Москвы от 25 марта 2010 г. оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

сайт http://www.advocate-realty.ru/practices/unitsp/?id=445221
сайт
 
Форум » Форум » Законодательство на рынке недвижимости » Судебная практика: сделка недействительна
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:


  Агентство недвижимости "ЛидерКредо" г.Саров
Хостинг от uCoz